Он «Ас» в подводном царстве и зное заволжских степейИзвестному в районе хлеборобу, орденоносцу Михаилу Семеновичу Кузьмину этим летом исполнилось 85 лет. К юбилейной дате по ходатайству совета ветеранов Быковского городского поселения еще наградили почетным знаком «За вклад в развитие Быковского района». Его вклад измеряется тоннами трудного заволжского хлеба, многокилометровыми бороздами пахотной земли и сгустками соленого пота, которые впитался в тело и душу простого сельского труженика.

Двадцать пять пудов хлеба в награду

К встрече Михаил Семенович подготовился со всей ответственностью: разложил передо мной все правительственные награды и удостоверения. Но о самой первой трудовой награде он может только рассказать. Родился он еще в старом Быково, помнит песчаные улицы, плодородные займища. Запомнились разговоры взрослых о том, что первоначально Быково планировали перевозить на место нынешнего учхоза. Но партийные боссы приняли другое решение. Пожив на новом месте год-другой — спешно уехали в места более привлекательные. Коренным быковчанам пришлось не одно десятилетие довольствоваться непролазной грязью дорог в межсезонье. Но это к слову. Семья Кузьминых — Александра Ивановна и Семен Степанович — трудились в Заготзерне. В семье рос один сын Миша, меж тем был совсем неизбалованным ребенком. После шестого класса, когда мужики-колхозники ушли на фронт, он пошел трудиться в колхоз. Точнее, в хозяйство Отдела государственного политического управления в Быково. Как и все подростки военной поры, беспрекословно делал все, что заставляли. На быках пахали поля, косили сено, поливали плантацию.

Как-то летом пошел дождь. Женщины по случаю запели: «Дождь пошел — родись, девчонка...». Мишка засопел: «Лучше кукуруза». Очень голодно было в войну, мальчишкам так хотелось кушать. Зимой юные колхозники на верблюдах подвозили корма на овцеточки и ферму. Медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне» сельского паренька наградили спустя много лет после войны. В первую послевоенную зиму, «как сравнялось пятнадцать лет». Михаила Кузьмина, показавшего себя в работе, послали учиться в школу механизаторов в соседний Николаевский район. Много его сверстников из других районов области учились там же. Все дружно жили в общежитии, старательно учились, мечтали порулить на новой технике. Практику приходилось проходить на «колеснике со шпорами» — знаменитом зерноуборочном комбайне «Сталинец».

Первую уборку Михаил Кузьмин провел на таком же первенце советской индустрии — прицепном зерноуборочном комбайне «Коммунар». На эту технику поочередно сажали всех стажеров. Выбиться в передовики на учебной технике никто из предшественников Михаила не мог — подводил железный конь, ломался на каждом круге. А Кузьмин всю весну готовил вверенную технику, и она не подвела его. Работая без простоев, он в первую уборочную страду на старом «Коммунаре» выполнил государственную норму. Пятнадцатилетний капитан степного корабля скосил более 350 гектаров. Сколько было радости! Ведь за выполнение государственной нормы комбайнеру Михаилу Кузьмину выдали 25 пудов хлеба. Впервые после войны семья не голодала — молодой труженик накормил всех родных.

Вскоре передового механизатора ОГПУ «переманули» в МТС, где техники было поболее. Но и там была негласная очередность на новую технику. Михаилу на первых порах достался «Сталинец-1». Смекнул молодой комбайнер, что этот комбайн более широкозахватный, нежели более современный «Сталинец-6». На этом и выиграл — обошел и здесь всех опытных механизаторов.

Бывшефлотовский наш герой

Трудовые рекорды, закаленное, физически развитое тело оказались красноречивей любой характеристики, написанной пером и заверенной чернильной печатью. Призывника из Быково Михаила Семеновича Кузьмина направили служить во флот. В товарняке везли новобранцев к месту службы — к берегам Черного моря, в город Севастополь. Длительная поездка не омрачила первое свидание с морем. Оно в два часа ночи, во столько прибыло новое пополнение на ж/д вокзал, оказалось таинственно мерцающим от лунного блеска и крайне безбрежным.

Армейские будни для парня, имеющего за спиной всего шесть классов, начались не так спокойно и романтично. Из-за ошибок, допущенных в диктанте, он не прошел в связисты. Предложили освоить армейскую специальность водолаза и сварщика. Годичную учебку он проходил в Балаклаве.

- От и до мы изучили строение корабля, - вспоминает бывшефлотец, - практиковались по взрывному делу. Основной упор был сделан на сварку под водой.

Призывник из Заволжья закончил армейскую школу на отлично и выбрал дальнейшую службу на Дальнем Востоке. В далекий путь через всю страну отправили с ним еще шестерых «отличников» из учебки. Михаила назначили старшим. Добрались без происшествий. Проезжая через Москву, умудрились выбраться в центр и посмотреть Красную площадь и Мавзолей. На конечной остановке друзьям пришлось расстаться. Кто-то продолжил путь в Китай, (а в 50-е у нашей страны с ним были дружеские отношения). Наш земляк не попал за границу — опять же подвели школьные оценки, иностранный язык он не учил принципиально. Считал, что непатриотично говорить на нерусском языке. Михаил продолжил службу в бухте Ольга на границе с Японией. Четыре года, проведенные там, запомнились дождями, туманами, сказочной природой и... техническим прогрессом. Вместе с другими армейцами он участвовал в строительстве нефтепровода под водой, прокладке электрического кабеля к маякам и даже железной дороги для торпедных катеров. Как такое возможно? В мельчайших подробностях мой собеседник рассказал мне о специальных электродах, которые при соприкосновении с металлом образуют огромный воздушный пузырь. В этом ограниченном пространстве и выполнялись сварочные швы. Их количество зависело от времени пребывания под водой, а время — от глубины. На небольшой глубине работали по 4-5 часов, свыше ста метров — до получаса.

- Хорошо, если под ногами был песчаный грунт, - вспоминает водолаз,- если ил, то поднимался такой столб земли, что приходилось делать швы, закручивать гайки  на ощупь.

В подводном царстве Михаил трудился ничуть не хуже, чем в зное заволжских степей. За хорошие результаты по службе его послали на переобучение. Второй раз в Балаклавской учебке его готовили к испытаниям спецоборудования на гелево-кислородной смеси на больших глубинах. По возвращению служба проходила на специально оборудованном корабле. Спуски и подъемы напоминали тренировки космонавтов. Тяжелые скафандры, давление под 200 атмосфер, глубина — не менее 200 метров, многочасовой переход к нормальному давлению после выполнения испытаний на корабле... Командиры предлагали выносливому, очень ответственному в труде и дисциплинированному степняку остаться на сверхсрочную службу.

Да только с товарищами-дембелями Кузьмин уже мечтал о целине. На полях Казахстана трудилось много комсомольских экипажей из разных уголков Советского Союза. К разочарованию моряков в 1955 году, когда они были уволены из рядов Советской армии, призыв на ударную стройку был закончен. Бывшефлотец Кузьмин вернулся на родину, продолжил трудиться в МТС, затем в совхозах Красноселец и Побединский, Быковском совхозе-техникуме.

Сын полей

Одна уборочная страда в 70-е годы запомнилась навсегда. На полях зрел отличный урожай. Перед началом уборки грянули дожди. По партийной директиве велено было убирать хлеб раздельным способом. Для контроля над исполнением в колхозы и совхозы командировали партийных работников. Звено, которое возглавлял Михаил Кузьмин, не стало слепо выполнять кабинетную директиву. Там, где зерновые не были повалены дождями, и погода позволяла, убирали напрямую. Уложились в сжатые сроки и обошлись без потерь урожая. Но кто-то вывернул истинный патриотизм звена комбайнеров наизнанку. Доложили в райком партии. Куратору самовольщиков неминуемо грозило жесткое наказание, возможно и арест. Комбайнеры стали стеной, в буквальном смысле этого слова, на его защиту. Перегородили путь приезжим партработникам своими комбайнами. С крепким словцом еще раз объяснили кабинетным служакам, почему поступили именно так, и партийцы «замяли» полевой саботаж.

О других смелых товарищеских поступках Михаила Семеновича Кузьмина рассказали его коллеги. Если на звено приходила новая техника, то он никогда не садился на нее первым. Отдавал сверкающий комбайн или трактор ребятам. Сам же «выжимал» сверхнормы на старье. За высокие намолоты, которые были возможны при грамотной организации труда, опытность и ответственность за порученное дело, передового комбайнера совхоза «Победа» М.С. Кузьмина наградили в 1967 году орденом Ленина. Поговаривали о том, что документы подавали на Героя социалистического труда, но кто-то опередил, действуя с хитрецой. К примеру, за одним комбайнером закрепляли на бумаге две единицы техники, соответственно складывались и результаты. Но о «темных» делах давно минувших дней мой собеседник не особо желает говорить. Слава его все равно нашла. В этот же год он был удостоен Золотой медали ВДНХ за успехи в народном хозяйстве СССР. Ранее он получал со Всероссийской выставки «бронзу». К золотой медали полагалась и премия в 200 рублей, на которую быковчанин купил черно-белый телевизор «Рекорд». Такого чуда не было ни у кого в округе, так что земляки со всех близлежащих улиц собирались на просмотр телепередач у передового механизатора. В 1975 год М.С. Кузьмин за ударный хлеборобский труд был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

В 90-м году он вышел на пенсию. Правда, лежать на завалинке не стал. Устроился на работу в БРУОС машинистом головной водоподающей станции.

В настоящее время известный хлебороб только следит по районной газете за новостями с полей района. Трудности очередного засушливого года принимает близко к сердцу, сочувствует земледельцам, которые вложили столько сил и средств в будущий урожай.

- И в наше время мы собирали большой хлеб через три-четыре года, - поддерживает нынешних сельских тружеников Михаил Семенович Кузьмин. Смотрю на него и вижу в его светлых глазах нежность земли, золото отборной пшеницы, в морщинах лица - хлеборобскую усталость, а на ладонях мозоли, натруженные на родимых полях.

Что еще произошло в регионе и районе